Могилу рыли: мертвецу

Покой и ложе нужно;

Могильщики, спеша к концу,

Кидали землю дружно.

Вдруг заступы их разом хлоп,

Они копать — и что же? — гроб

Увидели сосновый,

Нетронутый и новый.

❉❉❉❉

Скорее гроб из ямы вон

Тащить принялись оба

И, осмотрев со всех сторон,

Отбили крышку с гроба.

Глядят: на мертвеце покров

Как снег и бел, и чист, и нов;

Они покров сорвали —

И чудо увидали.

❉❉❉❉

Покойник свеж в гробу лежит;

Тлен к телу не касался,

Уста сомкнуты, взор закрыт:

Как бы сейчас скончался!

Могильщиков тут обнях страх,

Свет потемнел у них в глазах,

Бегут, что есть в них силы,

От страшной той могилы.

❉❉❉❉

И весть о чуде принесли

В свое село; оттуда,

И стар и молод, все пошли

Взглянуть на это чудо.

И в ужас целое село

Такое диво привело;

Крестьяне толковали

И за попом послали.

❉❉❉❉

Зовут его; приходит поп,

И смотрит он, смущенный,

На белый саван, крепкий гроб,

На труп в гробу нетленный.

«Не помню я, — он говорит, —

Чтоб здесь покойник был зарыт,

С тех пор как я меж вами

Служу при божьем храме».

❉❉❉❉

Тогда один из поселян,

Старик седой и хилый,

Сказал ему: «Я помню сам,

Когда могилу рыли

Покойнику, тому назад

Прошло, никак, лет пятьдесят;

Я знал и мать-старуху.

Об ней давно нет слуху».

❉❉❉❉

Тотчас пошли ее искать

По сказанным приметам,

И, точно, отыскали мать:

Забыта целым светом,

Старушка дряхлая жила

Да смерти от бога ждала;

Но смерть ее забыла

И к ней не приходила.

❉❉❉❉

Она идет на зов людей,

Не ведая причины;

Навстречу поп с вопросом к ней:

«Ведь ты имела сына?»

— «Был сын; давно уж умер он,

А где он был похоронен —

Коли я не забыла,

Так здесь его могила».

❉❉❉❉

— «Поди сюда, смотри сама:

Твой сын в земле не тлеет!»

Старушка, словно без ума,

Трепещет и бледнеет;

Священник на нее глядит.

«Ты знать должна, — он говорит, —

Что значит это чудо?»

— «Ох, худо мне, ох, худо!

❉❉❉❉

Винюсь: я сына прокляла!» —

И тихо, в страхе новом,

Толпа, волнуясь, отошла

Перед ужасным словом,

И пред покойником одна

Стояла в ужасе она.

На сына мать глядела,

Дрожала и бледнела.

❉❉❉❉

«Ужасен твой, старушка, грех,

И страшно наказанье, —

Сказал священник, — но для всех

Возможно покаянье:

Чтоб дух от гибели спасти,

Ты сыну грешному прости,

Сними с него проклятье,

Открой ему объятья».

❉❉❉❉

И вот старушка подошла

Неверными шагами,

И руку тихо подняла

С смеженными перстами:

«Во имя господа Христа

И силой честного креста,

Тебя, мой сын, прощаю

И вновь благословляю».

❉❉❉❉

И вдруг рассыпалося в прах

При этом слове тело,

И нет покрова на костях,

И в миг один истлело;

Пред ними ветхий гроб стоял,

И желтый остов в нем лежал.

И все, с молитвой, в страхе,

Простерлися во прахе.

❉❉❉❉

Домой старушка побрела,

И, плача, в умиленьи,

Она с надеждою ждала

От господа прощенья,

И вдруг не стало мочи ей,

До ветхой хижины своей

Едва она добралась,

Как тут же и скончалась.

❉❉❉❉