Так радостно – невыносимо! –  
себя живой вообразить  
и по земле своей родимой  
в полях до темноты бродить.  

❉❉❉❉

Где стол для бабочек накрыли  
ромашки скатертью цветной,  
и где пиликают на крыльях  
кузнечики весь день-деньской.  

❉❉❉❉

Где всех до мошки той мельчайшей,  
что в глаз мне лезет, мельтеша,  
встречает меда полной чашей  
цветка открытая душа.  

❉❉❉❉

Где, каждой порой открываясь,  
привыкнув к летнему теплу,  
все тело дышит, испаряясь,  
легко, как в бане на полу.  

❉❉❉❉

Где каждая в траве букашка  
ползет, пиликает, живет,  
и каждая в траве ромашка,  
сверкая венчиком, зовет.  

❉❉❉❉

Где все цветет, звенит и блещет,  
зовет и ластится: «Лови!»,  
и жавороночек трепещет,  
как сердце неба, от любви.  

❉❉❉❉

Где все в движенье обратимом  
вперед направлено и ввысь…  
И я под небом, мной любимым,  
лежу, о землю опершись.  

❉❉❉❉

Ладонь желтит мне стебель млечный,  
по мне проходят облака,  
и все, до бабочки беспечной,  
еще живет со мной… пока.  

❉❉❉❉

1946  

❉❉❉❉