На рассвете, в сумерках ледовых,  
Хор берез был выше и туманней.  
И стояла роща, как Людовик, —  
В сизых буклях изморози ранней.  

❉❉❉❉

Но опять, за далями пустыми,  
Красное, как будто после бури,  
Встало солнце с мыслью о пустыне  
В раскаленно-грезящем прищуре.  

❉❉❉❉

По коре взбирался, укреплялся  
На ветвях его огонь раскосый,  
И кудрявый иней выпрямлялся,  
Делался водой простоволосой.  

❉❉❉❉

Иней таял, даже не стараясь  
Удержаться в легкой сетке чащи,  
Уменьшаясь, точно белый страус,  
Отвернувшийся и уходящий.  

❉❉❉❉