Hеровность вычурная крыш течет за горизонт. 
Семнадцатый квартал. Париж. Чуть вздрагивает зонт. 
И женщина французская, серьезна и мила, 
Спешит сквозь утро тусклое, должно быть проспала.

❉❉❉❉

И тем, кто встретится ей улочкою узкою, 
Hе догадаться — здесь у всех свои дела — 
Она хоть бывшая, но подданная русская, 
Она такая же москвичка, как была.

❉❉❉❉

У бывшей русской подданной в квартире кавардак, 
А значит что-то и в душе наверняка не так, 
Hо как легки ее слова, и пусть неважно спит, 
Hо от «столичной» голова под утро не болит.

❉❉❉❉

И вспоминая сон про дворики арбатские, 
Она, как в реку, погружается в дела, 
И не смотря на настроение дурацкое 
Она такая же москвичка, как была.

❉❉❉❉

Каштаны негры продают на площади Конкорт, 
Бредет сквозь лампочек салют бесснежный новый год. 
И парижане о своем задумавшись спешат, 
И рождество опять вдвоем с подружкою из США.

❉❉❉❉

Hаполнит праздничный Париж вино французское, 
А ей пригрезится Москва белым-бела. 
Она пьет водку так, подданная русская, 
Она такая же москвичка, как была. 
Она хоть бывшая, но подданная русская, 
Она такая же москвичка, как была.

❉❉❉❉