1  

❉❉❉❉

Саян здесь катит вал за валом,  
И берега из мела.  
Здесь думы о бывалом,  
И время онемело.  
Вверху широким полотнищем  
Шумят тревожно паруса,  
Челнок смутил широким днищем  
Реки вторые небеса.  
Что видел ты? войска?  
Собор немых жрецов?  
Иль повела тебя тоска  
Туда, в страну отцов?  
Зачем ты стал угрюм и скучен,  
Тебя течением несло,  
И вынул из уключин  
Широкое весло?  
И, прислонясь к весла концу,  
Стоял ты очарован,  
К ночному камню одинцу  
Был смутный взор прикован.  
Пришел охотник и раздел  
Себя от ветхого покрова,  
И руки на небо воздел  
Молитвой зверолова.  
Поклон глубокий три раза,  
Обряд кочевника таков.  
«Пойми, то предков образа,  
Соседи белых облаков».  
На вышине, где бор шумел  
И где звенели сосен струны,  
Художник вырезать умел  
Отцов загадочные руны.  
Твои глаза, старинный боже,  
Глядят в расщелинах стены.  
Пасут оленя и треножат  
Пустыни древние сыны.  
И за суровым клинопадом  
Бегут олени диким стадом.  
Застыли сказочными птицами  
Отцов письмена в поднебесье,  
Внизу седое краснолесье  
Поет вечерними синицами.  
В своем величий убогом  
На темя гор восходит лось  
Увидеть договора с богом  
Покрытый знаками утес.  
Он гладит камень своих рог  
О черный каменный порог.  
Он ветку рвет, жует листы  
И смотрит тупо и устало  
На грубо-древние черты  
Того, что миновала.  

❉❉❉❉

2  

❉❉❉❉

Но выше пояса письмен,  
Каким-то отроком спасен,  
Убогий образ на березе  
Красою ветхою сиял.  
Он наклонился детским ликом  
К широкой бездне перед ним,  
Гвоздем над пропастью клоним,  
Грозою дикою щадим,  
Доской закрыв березы тыл,  
Он, очарованный, застыл.  
Лишь черный ворон с мрачным криком  
Летел по небу, нелюдим.  
Береза что ему сказала  
Своею чистою корой,  
И пропасть что ему молчала  
Пред очарованной горой?  
Глаза нездешние расширил —  
В них голубого света сад,—  
Смотрел туда, где водопад  
Себе русло ночное вырыл.  

❉❉❉❉

1920 или 1921  

❉❉❉❉